Джанлука Рокки: «Маротта? Я никогда не общался ни с ним, ни с другими руководителями. Все клубы жаловались на судей, но я никогда не помогал и не вредил командам»

Джанлука Рокки вновь высказался после ходатайства о прекращении расследования в отношении судей.

Бывший глава судейского корпуса Серии А заявил в интервью Il Corriere dello Sport: «На мою жизнь словно сбросили бомбу, всё перевернулось. Это какой-то пузырь, иногда я смотрю на себя со стороны и надеюсь проснуться после этого кошмара. Я выбрал роль, основанную на таких ценностях, как честность и порядочность, но внезапно меня превратили в полупреступника. Я познал унижение и жил с ним месяцами — это опыт, который я не пожелаю никому, и я реагировал так, как мог».

«Июнь стал одним из самых тяжелых периодов, и я мог думать о чем угодно, скажем так, я был не в том состоянии, чтобы сохранять равновесие. Я читал и слышал много вещей, но не хотел в них верить. В определенных местах и на определенных должностях быть неугодным кому-то — это слишком естественно. У меня есть как друзья, так и враги — люди, которые чувствовали, что их понизили в должности. Но я также встретил много друзей, которые пытались меня поддержать, я получал очень теплые сообщения даже от судей, которым, так сказать, не помогал расти».

«Я повторял себе это раз 50: почему я, что я сделал? Это сводило с ума, и ситуация становилась всё хуже. Я читал и слышал всё подряд, я был монстром. У меня были всякие мысли, кто желает мне такого зла? Я остался без личности и без работы. Самоотстранился ли я? Я не мог поступить иначе, соблюдая свои принципы, и сделал бы это снова. У меня были обязательства перед судьями, я хотел, чтобы они закончили сезон в приемлемых условиях, без дополнительного давления».

«Слышал ли я президента «Интера» Маротту? Никогда, так же как у меня никогда не было и я не искал отношений с другими руководителями. Именно поэтому я ввел должность рефери-менеджера — профессионала, работающего с клубами. Думаю, они сохранят эту должность и в этом году».

«Все клубы всегда, пусть и в разное время, имели что сказать судьям или о судьях, и когда я говорю „всегда“, я не имею в виду только свой период. Я могу гарантировать, что никогда не помогал и не вредил командам, всегда принимая решения в полной автономии».

«Мой адвокат Д'Авирро настоял на том, чтобы я не приходил на вызов для немедленного допроса у прокурора Ашоне, это адвокатские тонкости. Только позже я был в прокуратуре Милана, чтобы внести ясность».

«Ошибки я, безусловно, совершал, главная из них — в прошлом сезоне. Я ошибся с линией VAR, передал неправильный сигнал: лучше больше VAR, чем меньше. Это была большая ошибка и с точки зрения коммуникации».

СТУК В ДВЕРЬ КОМНАТЫ VAR

«Разбирательство еще продолжается, я уважаю магистрата, который им занимается, так же как и тех, что в Милане. Будет время прояснить и этот момент публично».

«Многие судьи звонили и поддерживали меня, Франческо Массини вел себя образцово, как и Роберто Розетти, который позволил мне продолжать чувствовать себя судьей, сделав меня наблюдателем. Не скрою, когда я получил первый вызов на матч в Братиславе с участием «Слована», я волновался так же, как 30 лет назад».

«Теперь мне нужно восстанавливать свой имидж. Судейство дало мне много удовлетворения, и, видимо, оно решило что-то забрать взамен, но ударило сильно, слишком сильно».

«Выдвинуть свою кандидатуру на пост президента Ассоциации итальянских арбитров? Еще не всё закончилось, и в любом случае решать не мне. Мне просто нужно вернуть свою жизнь, вернуться в этот мир, частью которого я был с конца 80-х. Я оцениваю некоторые ситуации, надеюсь, что мне дадут возможность сделать выбор».

«Кто-то из-за клубных предпочтений никогда не поверит в мою невиновность? Я не могу залезть людям в голову. Я знаю, кто я и как всегда себя вел, это знают прежде всего те, кто со мной работал, люди, у которых нет сомнений в моей честности. Придет ли время мести? Мне не нужно сводить счеты. Я не гонюсь за реваншем, только за справедливостью. Раньше я получал по сто звонков в день. Точнее, получал до 25 апреля. Но я никогда не переступал черту корректности, по факту. Стук в дверь? Это не часть моего образа жизни и работы».